Stand Alone Cyberpunk
Posts tagged swanwick
Stations of the Tide
Feb 22nd
– В другой раз я съел скрэгга, в сыром виде. Это такой грызун, длиной в две пяди и голый, как колено. Злобный и уродливый. Зубы у этого гада с зацепками, как рыболовный крючок, поэтому потом, когда его убьешь, приходится ломать ему челюсти, иначе приманка так и…
– Насколько я понимаю, у тебя была для этого достаточно серьезная причина.
В голосе Корды звучало глубочайшее безразличие.
– Я их боялся.
– И ты убил одно из этих животных, а затем его съел. Чтобы преодолеть страх. Понятно. Как бы то ни было, здесь они не водятся. О! – Корда поднял глаза, впервые за беседу. – Чего же ты стоишь? Садись, садись. Васли, позаботься о молодом человеке.
Прежде эти маленькие металлические штуковины казались Грегорьяну чисто декоративными элементами обстановки; теперь, по молчаливому приказу денебца, они шустро соорудили гранитное кресло. Затем один из механизмов мягко подтолкнул Грего-рьяна вперед, другой – отвел его плечи назад, волшебник потерял равновесие, покачнулся и сел. Кресло оказалось низким и глубоким, с такого не поднимешься легко и изящно.
– Тут все не так просто. Я два дня постился, затем принес свою кровь в жертву Богине, причастился плясунами…
– У нас это делают в клинике, за несколько часов, – заметил Васли. – По здешним понятиям – запрещенная технология.
– При чем здесь ваша вонючая наука? Я оккультист!
– Слова, слова. При всем различии применяемых средств мы с вами придерживаемся одной и той же схемы. Сперва нужно повысить внушаемость субъекта, раскрыть его мозг. Мы это делаем при помощи магнитного резонанса, вы же используете наркотики, ритуалы, секс, страх – по отдельности или в различных сочетаниях. Затем, когда мозг подготовлен, в него закладывают новые шаблоны поведения. Мы вводим информацию при помощи голотерапевтических вирусов, вы —съедаете живую крысу. Третье и последнее: новая структура укрепляется, укореняется в процессе повседневной жизни. Здесь наши методики практически идентичны. Техника, идущая из глубин веков, – программирование людей придумано гораздо раньше, чем программи рование машин.
© Майкл Суэнвик «Путь прилива» (1991)
Vacuum Flowers
Jan 22nd
Я вижу, как вы глумитесь над великой мечтой терраформации Марса, как вы глумитесь над Народом. Вы считаете, что наша жизнь обеднена, но она гораздо богаче вашей. Программа делает граждан полноценными человеческими существами. Гражданин знает, что такое долг, секс, работа, удовольствие, дружба и жертвенность, и с радостью пользуется своими правами. Я пять раз летала на поверхность Марса, это очень опасное место. Я видела смерть так же близко, как вижу сейчас вас, но никогда я не проявляла страха. Вы потешаетесь над Народом, потому что мы все одинаковые. Но мы все герои, каждый из нас. И я тоже, и я это знаю!
…
Это просто чудо. Никаких формальностей и очень категорично. Решение обжалованию не подлежит, – сказал Борс. – Суд происходит в обеденный перерыв. Несколько членов Ставки собираются за столом подозреваемого и задают ему вопросы. Свидетели останавливаются поболтать и затем уходят. К концу обеда, – Борс нанизал на иглу для еды семь горошин и закинул их в рот, – выносится приговор. И если подсудимый маловнимателен, он может принять все это за легкую болтовню.
…
Когда мы родились, науки о мозге были очень молоды. Большинство людей не сознавало их возможностей, и только некоторые их понимали. Среди таких понимающих были тридцать два программиста-изгнанника, они и создали зародыш, вокруг которого мы кристаллизовались. В то время всю планету охватывала компьютерная сеть, своего рода общее ментальное пространство, в котором взаимодействовали все искусственные системы. Кроме всего прочего, это было основное средство связи. Каждое мгновение сотни миллионов людей общались при помощи этой сети с машинами и друг с другом: работали, сплетничали, проводили фундаментальные исследования.
С компьютерной сетью связывалось множество стремлений. Ресурсы машинного интеллекта казались неисчерпаемыми. Всегда находились профессионалы и любители, предприниматели и ученые, и даже оккультисты, пытавшиеся осуществить непосредственную связь от мозга к мозгу – ведь при такой связи невозможно лгать – и достигавшие своей цели в той или иной степени. Другие мечтали создать искусственный интеллект, который воплотил бы наконец в жизнь возможности, заложенные в искусственной мысли, если хотите, трансцендентный разум. Можете называть это Богом. Такие настроения преобладали в мире, когда мы попробовали заявить о себе. До какой-то степени эти настроения сами заявили о нас.
В час нашего рождения тридцать два выдающихся человека: инженеры, создатели искусственного интеллекта, настоящие волшебники программирования, – короче, лучшие из лучших вошли в интерфейс. Одновременно они применили технические методы, используемые при формировании новых умов, и компьютерный прием, называемый гиперкубирование. Этот метод даже тогда считался устаревшим. Берут тридцать два маленьких компьютера, соединяют друг с другом так, будто они находятся в вершинах гиперкуба, и задают алгоритм, расчленяющий каждую задачу на одновременные параллельные потоки. В итоге образуется структура с компьютерной мощностью гораздо более дорогой машины. Все тридцать два человека надеялись достичь того же при помощи человеческой мысли, то есть возвести свои творческие способности в квадрат или даже в куб. Им хотелось создать нечто более великое, чем они сами. И хотя они не признавались в этом даже самим себе, ими владела жажда большего: выйти за пределы человеческого опыта, обрести власть, славу, взаимопонимание, успех. И они все это обрели.
© Майкл Суэнвик «Вакуумные цветы» (1987)